Изменение восприятия географического пространства. Не раз в разговорах с респондентами фигурировала мысль о том, что транспортная доступность в 500-600 км. является не затрудняющим, а, наоборот, облегчающим практики миграций и делающие последние достаточно комфортными ("Ужинаем накануне в Москве, потом ночной поезд и - завтракаем в родной избе в Хлябишино...") Таким образом, наблюдается такая важная характеристика клеточной глобализации как подчеркнутая географическая мобильность, готовность "сдвигаться" в пространстве, иммиграционная нацеленность.

   Изменение в организации и восприятии социального пространства. Субъектам становятся неинтересными (иначе говоря, бесполезными, неэффективными) вертикальные этажи стратификации. Люди дислоцируются всецело на своем социальном горизонте. Налаживаются равноправно и равномерно нагруженные плоские сети межсемейной поддержки. В рамках и пространстве этих сетей уравниваются права и достоинства, профессиональные и экономические позиции членов данных сетей.

   Множественность культурных феноменов. Принцип и индикатор клеточной глобализации, содержание которого - "Каждый может быть любым", и связанное с этим произвольное формирование культурных гибридов из составных частей - обнаруживается в сельской социальной среде с большим трудом. Сведения о подобных проявлениях и феноменах приходится буквально выколачивать из респондентов. Можно сказать, что такого рода формула поведения скорее импортируется в наборе внешних форм - приверженность к нетрадиционным товарам (одежда, обувь), культурным атомам (музыка, кассеты с фильмами и клипами). Таким образом, говорить о выраженной нравственная и культурной анархии, о броуновское движение культурных фрагментов можно, но лишь применительно к молодежи, приезжающей к родителям, бабушкам на каникулы, а также применительно к детям городских дачников. Однако последних заметно ограничивают в демонстрации подобного рода культурных феноменов.

   Новые шкалы престижей в потреблении только еще начинают вырисовываться. Прежде всего, в появлении в сельской среде технологических новинок в сфере быта (разнообразная домашняя техника и технология), мелкого производства (новые инструменты и силовые агрегаты, химические препараты и пр).

   Базовые феномены и гражданское общество. Рост интереса к этничности и подчеркнутая самоидентификация ("кто я", "откуда" и пр.) наблюдаются в практиках современных сельских жителей в охотном поддержании тем, связанных с коренными принципами досоветского крестьянского жизнеустройства. Эти чувства и интересы систематическим подогреваются интересом горожан к продуктам и артефактам сельской жизни (старинные прялки, колокольцы, половики, деревянные изделия, этническая посуда). И если раньше деревня активно экспортировала эти предметы, то теперь, судя по некоторым высказываниям и действиям, начинает "придерживать" это в своем обиходе. Цель, видимо, двоякая - дождаться роста цены и сберечь для своих. Как знак крестьянского рода и сельского жизненного локуса.

   Полагание на свои силы. Весьма важный индикатор "клеточной глобализации", Self-reliance - полагание на свои силы ("никто не поможет мне, если не я сам") в социальных практиках глубинной российской деревни имеет место систематически. Необходимо только учитывать, что такого рода индикатор - не есть результат сознательно выбранной стратегии, а вынужденная необходимость. Полагание на собственные силы имело место даже в пору расцвета колхозной жизни, поскольку коллективное хозяйство могло предоставить своему члену лишь энергоагрегаты (трактор, лошадь) и колёса (тележку, автомобиль). Всё остальное лежало на плечах субъекта (накосить, нарубить, заготовить и пр.) в настоящее время услуги предоставляются частниками - в обмен на твердые деньги. Самогон как жидкая валюта повсеместно вытесняется из расчетных трансакций, которые приобретают денежную форму. Но это же обстоятельство сплачивает людей в том смысле, что субъекты, полагаясь на себя, рассчитывают на сети поддержки, в которых всегда возможны уступки, авансы и отложенные платежи.

   Принцип "Имею право быть таким, каким хочу" можно пронаблюдать лишь в его внешних, культурно-демонстрационных формах. Это, кроме всего прочего, выражается и в том, что "чужака", нового человека принимают, если он не педалирует собственные отличия. То есть ты можешь делать то, что хочешь и быть своеобразным, - если в твоих практиках фигурирует понятный и разгадываемый смысл.

   Замедленная кристаллизация институтов гражданского общества. Что касается такого индикатора как рост институтов гражданского общества (обсуждение, свободное обсуждение вопросов общего интереса, создание групп по представлению интересов населения, наличие свободных неформальных лидеров), то это происходит весьма спорадически и, как правило, среди своих, неформально близких людей (соседей, родных и т.п.)

   Городские жители ("дачники"), обосновывающиеся в сельской местности. Появление в селе новых людей - важнейший индикатор клеточной глобализации. Эта проблема была освещена выше. Однако необходима дальнейшая работа, направленная на уточнение типологии городских сезонных мигрантов, а также на более полное понимание их мотивов. Особого внимания заслуживают следующие проблемы - чисто потребительское отношение к своей сельской собственности, вложение/не вложение средств в сельскую собственность, возникновение деловых отношений с местным населением, установление взаимовыгодных социальных союзов.

   Перспективы выхода сельских сообществ из прочного круга угасающего развития в условиях глобализации прежде всего связаны с переориентацией и перепрофилированием деятельности местных хозяйств. Попытки реанимировать (путем прямых инвестиций) производство традиционной и типовой товарной сельхозпродукции при ее чрезвычайно высокой себестоимости и неустойчивости по параметрам качества в условиях открытых рынков и нарастания конкуренции (в частности при вступлении России в ВТО) практически бесперспективны. Сельские сообщества на Севере России нуждаются в переориентации и реализации новых моделей хозяйственной деятельности. Например, в раскрытии рекреационных и других экономических перспектив района. В противном случае сообществам реально грозит достаточно быстрое демографическое вымирание на фоне все боле жестокого усугубления социальных проблем.

   Вместо заключения.

   Многие в наши дни любят рассуждать о том, как нам обустроить Россию, как, мол, нам перевернуть и развернуть всю страну. Этим разговорам посвящаются бесконечные и скучнейшие конференции, сборники ученых трудов, которые мало кто читает потом, диссертации, которые вообще никто никогда не читает, даже официальные оппоненты. Словесные бдения на эту тему превратились в своего рода самодостаточную деятельность, сфокусированную на себе самой, и не имеющую отношения собственно к стране. Поэтому никогда не испытывал энтузиазма по поводу подобной интеллектуальной схоластики, а равно и любой иной схоластики. Просто неинтересно и только.

   Зато любой малый проект вызывает у меня подлинное восхищение. Возможно, он бесперспективен. Возможно, в масштабах страны и мира - это песчинка незначительная. Но именно малая правда, малая эстетика, малая рациональность имеют, на мой вкус, гораздо больше смысла для конкретного человека.

   Российский Север, разорванный в наши дни на клочки экономический и культурной чересполосицей, как раз и дает нам уникальную возможность потрудиться на родной ниве. С удовольствием, с ощутимой пользой, вполне разумно и по-людски. Так почему бы нет!

По материалам сайта www.russ.ru

[Старые Город Мантурово]